Игорь Вульф

     Полное количество прооперированных за 20 с излишним лет пациентов доктор Игорь Вульф оценивает как 17 — 18 тыщ. Число операций еще больше, поэтому что один и этот же человек нередко подвергается нескольким: скажем, радиальная пластика лица и веки — даже не две, ах три операции, либо — лицо и нос» Увядшая кожа, травмы, рубцы и шрамы — включая от боевых ран, прирожденные недостатки наружности, откушенные носы либо уши, подтяжка груди, липосакция. Самая популярная его операция — перевоплощение корейского киноактера в полное подобие Ким Ир Сена: создатели кинофильма, также как управление КНДР, сочли, что грима недостаточно — нужно такое портретное сходство, чтоб были вероятны самые большие планы.

Также как почему вы начали заниматься пластической хирургией?
— При социализме косметика числилась делом малопочтенным, если же не сказать низким, ах доктор, который уходил в эту область, потерянным для общества. Понимаете, весьма мало людей занималось пластикой — человек 40 5 ужас всей стране. Посиживали, как в коробе — ни литературы, ни путешествий. Книжка Эйтнера «Косметические операции», изданная в самом конце 30-х годов, гляди на чем выросли поколения русских косметологов! Изобретали велик, ревниво следя вереницей. Были две главные специализации: «морщинисты» и «носорубы». 1-ые мне рекомендовали: не будешь же ты возиться со старенькыми бабами — оперируй носы, станешь потрясающим специалистом. Что-что 2-ые гласили, что нос — томная, непростая, неинтересная операция. «Ты должен оперировать лица. Будешь известным!» Я послушался и тех, и остальных.

И стали известным?
— У меня нет ни печатных работ, ни званий — я даже не кандидат наук. Не достаточно того, я, наверняка, единственный доктор в большой стране, у кого нет официальной бумаги, что я хирург-косметолог. Очевидно, в проф кругах меня знают: в своё время в годы перестройки в Москве возникли личные поликлиники и одну изо их — огромную, 65 коек, пятого операционных — попросили возглавить меня, в Минздраве документы подписали без одного вопросца! В Италии у меня (с 91-го года я начал сотрудничать с итальянцами и на данный момент оперирую на Сардинии и в Сан-Марино) есть диплом о окончании института и о членстве в проф гильдии докторов. Но понимаете, основная реклама для пластического доктора — его пациенты. Одни приводят остальных.

— Кто они?
— Обычные люди.
— Актеры, люди изо шоу-бизнеса?
— Очевидно. Но в главном обыденные люди. И тут, и в Италии.
— К примеру, гляди эта дама, на столе?
— Ей 31 год, ах желает смотреться на 20. И будет.
— К пластическим операциям относятся несерьезно. На деньках я слышала, как телеведущий произнес, что конфигурации в банковской системе — это не которая «очевидная подтяжка кожи».
— Ну, по сути «очевидная подтяжка» содержит в себе удаление жира изо подбородка, отслойку кожи, вхождение в глубочайшие слои ткани. Томная, непростая операция с классным результатом. На круглых лицах эффект приметен меньше, вытянутые изменяются конструктивно. Я пациента сходу предупреждаю, что его ждет. У меня в компе портреты всех моих нездоровых до и далее пластики. Там есть рисунки, где лицо — сплошной синяк далее операции. Для человека не обязано быть сюрпризом, что будет отечность, что полгода, может быть, он не сумеет чувствовать ухо либо нос. Но я никогда не пугаю пациентов. Если же начать со серьезным лицом спрашивать, какой-никакой кал и моча, человек очумеет. Что-что ему так плохо — он отважился на операцию. Лучше я пройдусь с ним ужас коридору, обниму и запущу какую-либо шуточку.

— С тот или другой пациентами для вас больше нравится работать?
— С радостными, открытыми. Я новейших людей постоянно пробую на чувство юмора. Если же человек не отзывается — дело плохо. И заживает все у таковых ужаснее. Даже возраст в меньшей мере важен. У меня был в Италии пациент 93 лет. Он собирался созодать подтяжку, поэтому что до сего времени он крутит большими предприятиями, трудится ужас 14 часов в денек и смотреться желает соответственно. Вы бы его лицезрели! На «Мерседесе», сам за рулем, с шикарными белоснежными волосами, с наманикюренными руками. Он мне говорил, что сестра погибла в 96 лет — разбилась на машине, гоняла страшно, гляди такие люди в моем вкусе. Замкнутых, подозрительных стараюсь не брать. Хотя, естественно, и такие у меня бывают. Во время оно мать привела дочку — желали прирастить девченке грудь. Они достали дефицитные {тогда} завезенные из других стран имплантант. Так дама все беспокоилась: их мы поставим либо подсунем какую-либо дрянь? Пришлось пустить ее в операционную.

— Длительно длится операция?
— Радиальную пластику я приготовляю за 2-2,пятого часа. Это весьма стремительно. За рубежом более распространенное «расчетное время» 10-12 часов. Представляете для себя? Пациент платит за операционную (в Италии около 600 баксов в час), лекарства, услуги персонала.
— Вы оперируете лишь дам?
— В главном, на сотку дам приходится 6-7 парней. Обычные желания — помолодеть, похорошеть. Подправить природу.
— Что-что с чем обращаются мужчины?
— В русские времена было много военнослужащих, включая изо Афганистана, которым мы иссекали шрамы. Одному мальчугану я сделал несколько операций, ворачивал сожженные веки. Приходили люди с прирожденными недостатками, скажем, оттопыренными ушами — разве с таковыми сделаешь карьеру? Сначала 90-х пошла «братва» со следами разборок и желанием быть не настолько узнаваемыми. Тот или иной-то бизнесмены, которых лупили палками ужас голове. На данный момент таковых практически нет. Оперировал я и в поликлинике, где меняли пол человека. Далее того как делали основную операцию, мы приводили лицо в соответствие с новеньким полом — ставшим дамами уменьшали нос, ах мужикам, скажем, повышали подбородок. И позже, смотря на этого человека, вы бы ни за что не произнесли, что он когда-то был дамой (либо напротив). В Италии ко мне пришла пациентка – одна грудь отлично изготовлена, в иной свищи некие. Я задал вопрос: «Роды были?» — «Доктор, я мужик». Но я, если честно, не люблю с ними работать.

— Привычка на пластическую хирургию влияет?
— Привычка на грудь полностью существует. Был период 70-80-х, в своё время эталоном казалась модель Твигги — женщина с плоской грудной клеточкой и плоской юношеской попой. {Тогда} приходили с просьбами удалить грудные железы. Позже начал двигаться пышноватый ренессанс, 6-ой размер, возникли отличные протезы. Фактически, это и на данный момент в моде.
— Что в человеке изменяется вкупе с лицом?
— Вся поведенческая палитра. Поэтому что ощущать себя кросоткой весьма трудно. Хотя почти все дамы искрометно обладают сиим искусством без операций, даже безобразные могут вести себя как неотразимые.
-Наша школа косметической хирургии очень различается от западной? — И да, и нет. Самой большенный неувязкой российскей косметической хирургии была закрытость. Книжек не было, способности ассоциировать тем наиболее. Я помню, как сотрудник привезла изо Америки двухтомник Томаса Риса — это весьма узнаваемый создатель. Отдала мне прочитать том, посвященный носу. Я все поглядел и не отыскал себе ничего новейшего. Но, очевидно, доступность самой литературы нужна. На Западе принципно иная организация процесса. Личная клиника — это отлично оборудованное помещение, которое сдается на время подина операции, где выхаживают пациентов, и ничего больше. При нем есть администрация и минимум обслуживающего персонала.
     Доктор сам находит пациента либо администрация приглашает доктора для определенной работы. Меж медиком и пациентом непременно «стоит» страховая фирма. И основное — доктор не классифицируется собственностью поликлиники. Он оперирует там, где может и где считает необходимым. Что-что у нас, хотя я и люблю тут работать — хаос. То 1-го не совсем хватает, то инного. И, естественно, плохо, что услуги хирурга-косметолога ужас кармашку немногим. Хотя нынешняя ситуация — бесспорный прогресс ужас сопоставлению с тем, что было. Институт красы был учреждением, где работаешь ты много либо не работаешь — заработная плата все равно 100 20 руб.. Шили крашеной рыболовной леской.
— Почему крашеной?
— Ее по другому не заметно, она же прозрачная. Либо брали кобыльи хвосты — 100 руб. стоил хвост. Тоже для шитья. Кобыльи лучше конских, волос тоньше. Что-что половинка лезвия «Балтика» заместо скальпеля?
— На что все-таки вы жили, простите? Неуж-то на 100 20?
— О-о, я {тогда} разводил аквариумных рыбок и продавал на Птичьем рынке. У меня дома было девять тонн воды, 40 6 аквариумов. Дискосы, круглые такие рыбки — ужас тем временам малек стоил 100 руб.! Вставал я очень рано, двигался на пруды, на зловонные поля за кормом для рыб. Позже операционный денек, позже снова рыбы. Ужас, естественно. Но это давало мне независимость. Все знали, что я зарабатываю на стороне. И от меня отстали. Употребляли как рабочую лошадка — я много оперировал.

— Вы лицезрели собственных пациентов много лет спустя?
— Естественно. Ко мне собственных дочерей приводят.
— Вправду операция изменяет жизнь?
— Да. И замуж выходят, и судьба складывается, и уезжают за предел работать всякими манекенщицами.
— Вы с симпатией относитесь к людям, решившимся поменять свою наружность?
— Да. Уже то, что человек отважился на таковой шаг, заслуживает почтения. У меня такое воспоминание, что нередко совершается некоторый ритуальный акт самоусовершенствования. Это мощные эмоции, переживания. Далее этого человек ощущает себя свободнее, более уверенно даже независимо от того, как удачна операция. Он сам изменяется. Люди не желают стареть, не желают быть уродливыми. Они желают жить настоящей жизнью. Продлить жизнь недозволено, но зато можно интенсифицировать. «Нужно жить много жизней», как гласил Утесов.
— Для чего?
— Скажем, для того, чтоб уйти с осознанным чувством, что все перепробовано.
— Что-что собственных близких тоже оперируете?
— Естественно. И рука у меня не дрожит.

Дискутировала Лена Сеславина.
Благодарим «Общую газету» за предоставленный материал.